Вдовий дом

  Версия для печати

Этот старый снимок, как бесценную реликвию хранит в своём семейном альбоме гороховчанка Зоя Андреевна Степанова. Запечатлён на фотографии Вдовий дом, память о котором до сих пор жива в сердцах городских старожилов.

В исторической части Гороховца, по высокой Никольской горе издревле взбираются живописные узенькие улочки с небольшими частными домами. В довоенное время назывались они Средне-Пролетарская, Верхне-Пролетарская. Пологих мест здесь почти нет, и вот на одном из них, в 30-х годах, находящийся рядом авторемонтный завод построил 16-ти квартирный бревенчатый дом для своих рабочих. В то время это был всего лишь третий многоквартирный дом в Гороховце, так что можно представить себе, как радовались его новосёлы. Пусть и квартирки были небольшие, пусть и без удобств, но всё-таки своё жилье.
- Поселились в этом доме простые люди, малограмотные, а то и вовсе безграмотные, - вспоминает Зоя Андреевна Степанова, детство которой прошло на Верхне-Пролетарской, - но люди были очень добрые и отзывчивые.
Когда началась война, только в одной из 16-ти семей остался мужчина, остальные все ушли на фронт. И все 15 погибли или пропали без вести. В семьях вдов было не по одному ребенку и все малолетние, а работали только матери
- Не знаю, как мамы умудрялись нас чем-то кормить, вечно голодных, - вздыхает Зоя Андреевна. - Хлеба никто не ел вдоволь, и очереди за ним были огромные. Стояние в этих очередях было нашей детской обязанностью. Плохо приходилось, если возникали давки, иной раз так прижмут, что и не вздохнуть…
Только летом население дома немного оживало, детвора ловила рыбу, собирала ягоды, а ещё варила ракушки. Целые кучи пустых двустворчатых раковин поблёскивали на солнышке возле дома. Зимой же приходилось туго, все женщины ходили по льду реки в соседние перелески за тальником, а дети встречали своих мам на обратном пути, потому что везти дрова на Верхне-Пролетарскую было ох как тяжело.
Во многих квартирах жильцы спали на полатях, а когда теплело, дети охотно уходили ночевать в сарай.
- С одеждой было плохо, - вспоминает З.А. Степанова, а с обувью ещё хуже, так что всё лето ходили босые и практически голышом. Играть любили на крыше, и всегда крутились возле дома, никто далеко не убегал. Придумывали разные игры, пекли на костре картошку. А ещё любили придумывать истории, о том, что было бы, если бы… В мечтах мы путешествовали по разным городам, спускались в подземелье в поисках погибших и пропавших без вести отцов. В конце историй отцы обязательно находились, привозили подарки, угощали всякой всячиной, ласкали, любили. Но, увы, это были только мечты, отцы не вернулись.
Ласкали и любили детей только мамы. Как ни трудно приходилось вдовам, ни одна из них не бросила ребёнка, не отдала в детдом. По воспоминаниям Зои Андреевны, все женщины были добрыми, заботливыми, приветливыми. Жили при этом до крайности скудно, в квартирах Вдовьего дома не было ни обоев, ни крашеных полов, занавески мастерили из марли. Но о собственной бедности как-то и не думали, все дружили, помогали соседям переносить беду. Зоя Андреевна улыбается:
- Помню, как после войны дядя Ваня Александров выходил на улицу с гармошкой, женщины пели, вскладчину устраивали нехитрое застолье. Вообще казалось, что чем беднее мы жили, тем веселее.
Шли годы, подросшие дети из Вдовьего дома шли работать на завод, парни отправлялись в армию. Потом в доме сделали капитальный ремонт, и никто из старых жильцов сюда больше не вернулся, всем семьям дали благоустроенные квартиры в новом заводском микрорайоне. Дом заселили другие люди, приезжие специалисты, молодые семьи. Но вплоть до самого сноса в народе он так и назывался - Вдовий дом.
- Такое нельзя забыть, - говорит Зоя Андреевна, - каждый раз, когда прихожу к тому месту, где стоял Вдовий дом, всё воскресает в памяти, а прихожу обязательно, потому что рядом родник. Для нас - святой источник. В Крещенскую ночь там служат молебен, собирается народ запастись водичкой на целый год. Прихожу и я, и всё время вспоминаю, как мы любили этот никогда не замерзающий родник, ухаживали за ним, берегли. Может быть, это он помог выжить вдовам с нашей улицы? На месте Вдовьего дома теперь пустырь, выросли берёзки, а я смотрю на них и перебираю в памяти всех матерей, царствие им небесное!