Тяжело вспоминать, а забывать нельзя
 В нашем городе установлено несколько памятных стел с именами павших на войне гороховчан. Сейчас возле них много цветов, венков и букетов. С трудом, поддерживая друг друга, идут к обелискам ветераны войны, труженики тыла и смотрят, смотрят на памятные доски с длинными списками имен. Накануне 9 мая одной памятной доской в Гороховце стало больше.По инициативе городской администрации она установлена на здании, где с 1941 года и до конца войны размещался 3005-й эвакогоспиталь.
Открытие мемориальной доски стало волнующим событием в жизни гороховчан потому, что многие из них не просто хорошо помнят эвакогоспиталь, они были добровольными помощниками медсестёр, санитарок, прачек, поваров. На митинг, посвященный открытию памятной доски, собралось множество пожилых людей, которые со слезами на глазах вспоминали тяжелые дни войны.
 До ноября 1941 года эвакогоспиталь № 3005 располагался в г. Ряжске Рязанской области, но фронт быстро продвигался на восток, нужно было перевезти раненых поглубже в тыл. Неделю эвакуированный госпиталь колесил по железным дорогам, пока для него не было выбрано подходящее место, им оказался Гороховец. Под госпиталь тут же были отданы все крупные здания – школы, закрытая церковь Воскресения Христова. Открылись хирургическое, терапевтическое отделения, лаборатория, рентгенкабинет, пищеблок, столовая, клуб. Многочисленный персонал госпиталя расселили по домам горожан и в зданиях, приспособленных под общежития.
С открытием госпиталя Гороховец сильно переменился, далёкий от войны городок стал похож на прифронтовой, можно сказать весь его центр превратился в один большой госпиталь. На улицах стало много машин, людей в военной форме, выздоравливающих раненых в больничных халатах.
Жил госпиталь трудно – не хватало топлива, постельного белья, перевязочных материалов, персонала, поэтому многие гороховчане пошли на работу в госпиталь. А гороховецкие подростки ежедневно приходили сюда вместе с родителями, чтобы помогать. Они носили воду с колонок, рубили и укладывали дрова, ходили в лес за грибами и ягодами, которые сдавали в госпитальный пищеблок, собирали лекарственные травы. Воспоминаниями об этом поделились Нина Ивановна Ульянычева, Нина Семёновна Баторина. Все гороховецкие школьники, 11-ти, 12-ти лет, постоянно приходили в госпиталь как тимуровцы. Они усаживались рядом с кроватями тяжело раненых и под диктовку писали для них письма.
- Никогда не забуду наши концерты в госпитале,- с дрожью в голосе рассказывала Любовь Николаевна Гурова,- мы читали стихи, пели песни, исполняли акробатические номера. – Чтобы всем было видно, сооружали сцену из стульев. Ой, как радовались нашим концертам раненые! Забинтованные, лежачие, кто-то - без руки, без ноги, а улыбаются, аплодируют! Теперь-то я понимаю, что многие из них имели детей и, глядя на нас, бойцы вспоминали свои семьи. Бывало, закончится концерт, а раненые просят: «Спойте ещё!». Мы теряемся, отвечаем: «Программа закончена. Больше песен не разучили, разве что по бумажке…» Кричат: «Пойте по бумажке!» Достанем листочки и поём…
Посещение госпиталя давалось детям нелегко, они видели, как некоторым раненым становилось плохо, как люди кричали от боли, как на носилках выносили умерших, покрытых простынями и увозили на братское кладбище. Дети плакали от жалости, не спали по ночам. Видели тяжёлые сны.
Но приближалась победа, раненые с облегчением слушали сводки Информбюро, меньше становилось умирающих, больше выздоравливающих. Некоторые из демобилизованных бойцов оставались в Гороховце, обзаводились семьями.
Трогательную историю рассказала ветеран труда Людмила Александровна Касаткина Один из раненых солдат, «дядя Володя», собрал дворовый отряд из детей, с прилегающих к госпиталю улиц. Отцы были на фронте, матери работали до темноты и дети младшего возраста были предоставлены сами себе. Для них «дядя Володя» стал вожатым, затевал игры, рассказывал сказки, водил гулять в сосновую рощу. Может быть, это был многодетный отец, скучающий по своей семье, может быть педагог, неизвестно. Детвора привязалась к «дяде Володе» всей душой, когда он уезжал на фронт, весь дворовый отряд плакал. На прощанье боец сфотографировался вместе с детьми. Прошло время, и однажды тёмным ранним утром в дом Касаткиных постучали, дверь открыла мама Людмилы Александровны и какой-то незнакомый солдат передал ей фотографию, на которой – «дядя Володя» - в окружении детей. Откуда фотокарточка, что с «дядей Володей» женщина не спросила, а когда спохватилась, солдат уже ушёл. Так и осталось неизвестным, уцелел ли на войне «дядя Володя» и фамилии его дети не знали.
- Тяжело вспоминать всё это,- вздыхали пожилые гороховчане, - а забывать нельзя. Хорошо, что хотя бы на одном здании, где был госпиталь, теперь есть памятная доска.
Наталья Харузина
Метки:
|